Несколько лет назад децентрализованные автономные организации (ДАО) казались началом воплощения криптоанархистских идей. Будущее без иерархий и бюрократии, в котором решения принимаются сообществом через смарт-контракты, код заменяет необходимость доверять людям, токены распределяют влияние, голосования вытесняют политику. Однако что-то пошло не так.
Кейсов приостановки или замораживания ДАО становится все больше. Голосования еле набирают кворум, форумы пустеют, трежерис лежат замороженными, а проекты сворачиваются. Никто не говорит о смерти, вместо этого используют аккуратные формулировки: «временно приостанавливаем управление», «пересматриваем модель», «оптимизируем процессы для скорости».
Что же произошло? Идея наткнулась на законы человеческой психики, власти и экономики или же мы наблюдаем один из кризисов, за которым последует мощное эволюционное преобразование системы? Разбираемся вместе с экспертами.
Постигнуть ДАО и умереть
Сегодня более 12 000 децентрализованных автономных организаций управляют активами примерно на $28 млрд. Средняя явка принимающих решение людей держится на уровне около 20%, и во многих случаях один из десяти при этом реально пользуется правом голосования. То, что изначально сулило радикальную децентрализацию (один токен — один голос, решения принимает сообщество, а не подобие совета директоров), в 2026 году выглядит совершенно иначе.
В январе после выхода из Scroll DAO ее лидера организация полностью приостановила деятельность из-за неопределенности: какие предложения вообще находятся в стадии рассмотрения. Как это вяжется с принципом прозрачности — неизвестно. Ранее Jupiter заморозила все голосования по вопросам управления и заблокировала доступ к своим средствам сначала до 2026, потом до 2027 года. Yuga Labs отказалась от ДАО, сославшись на неэффективность ее работы.
Чаще всего с децентрализованными организациями происходили менее драматические сценарии. Например, откат к централизованной модели, когда реальная власть уходит к команде разработчиков, а ДАО остается формальной структурой. Так Compound из открытой системы постепенно превратилась в клуб делегатов.
Uniswap пытается сохранить децентрализацию (голосование токенами и ончейн-исполнение), но на практике тяготеет к централизации принятия решений через пороги, фильтры и модель делегирования — это сделано для снижения перегрузки governance и повышения эффективности, но одновременно сужает круг реально принимающих решения акторов.
Группа ученых Корнеллского университета в 2025 году обнародовала результаты исследования протоколов управления Compound и Uniswap.
«Проанализировав более 370 предложений по управлению и миллионы событий в блокчейне с момента их появления до августа 2024 года, мы обнаружили значительную централизацию права голоса: всего трех-пяти избирателей было достаточно, чтобы повлиять на большинство предложений. Мы также обнаружили, что стоимость голосования непропорционально ложится на плечи мелких держателей токенов, а стратегическое поведение при голосовании, такое как отложенное участие и формирование коалиций, еще больше искажает результаты управления. Наши выводы показывают, что, несмотря на свои децентрализованные идеалы, существующие механизмы управления ДАО на практике не оправдывают ожиданий», — сообщили авторы исследования.
Почему так происходит: идея была проста и красива — дайте людям инструменты для управления, кошельки, интерфейсы вроде Snapshot или Tally, и они ринутся в бой. Ведь в ДАО каждый токенхолдер мог влиять на судьбу проекта напрямую. Но участие требует усилий: часами читать предложения на форуме, разбираться в сложной токеномике, где ставки yield farming, impermanent loss и комиссии за газ переплетаются в головоломку. Потом еще надо голосовать по вопросам без однозначных ответов, например: «Увеличивать эмиссию токена для стимулирования ликвидности или нет?».
В реальности картина другая: один процент держателей токенов контролирует девяносто процентов голосующих прав. Это не сбой системы, а закономерность человеческой природы: энтузиазм в управлении сменяется апатией и делегированием обязанностей хоть олигарху, хоть искусственному интеллекту.
ДАО уперлись в предел собственной архитектуры, в нехватку мотивации и в особенности токеномики. Грубо говоря, если где-то заложен принцип капитала — вам не уйти от издержек капитализма. Опрошенные нами эксперты при этом разделились на два лагеря: одни говорят, что идея ДАО потерпела крах, другие же доказывают, что модель просто ищет более устойчивые формы существования.
Верующие в ДАО
У децентрализованных автономных организаций есть привычка выглядеть «эффективными» только потому, что у них много голосований или высокий TVL. Но это еще не значит, что они хорошо управляются. Помимо голосования важны исполнение, прозрачность и способность распределять ресурсы без постоянного ручного вмешательства.
Эффективность ДАО нельзя измерять некими универсальными критериями, потому что эти структуры бывают очень разными — от грантовых до протокольных, от маленьких сообществ до миллиардных трежерис. Ко всем с одной линейкой не подойдешь. Но мы накидаем самые общие параметры.
Чаще всего при оценке работы ДАО смотрят на четыре блока:
участие: сколько людей реально голосует, сколько делегатов активно, каков кворум и концентрация голосов;
скорость и исполнение: как быстро предложение доходит от обсуждения до исполнения, и сколько решений не зависает;
экономический результат: растет ли казна, есть ли доход, сохраняется ли накопление ценности для участников;
качество управления: нет ли захвата власти, выгорания, споров и постоянного отката решений.
Можно сказать, что об эффективности ДАО стоит судить по тому, насколько быстро и без потерь она превращает коллективное решение в измеримый результат при сохранении прозрачности, устойчивого децентрализованного участия и экономической пользы для протокола.
Доказала ли к 2026 году свою неэффективность ДАО как форма управления? Web3-исследователь Владимир Менаскоп на этот вопрос ответил однозначно, но с поправкой, что под эффективностью мы должны понимать то же, что и он — из чего ДАО складываются: децентрализации, автономности и организованности.
«На 2026 год неэффективны ДАО там, где они создавались как подражание процессу, как попытка уйти от ответственности (пик этого — кейс bZx), а не как органически выводимое следствие децентрализации как принципа. Если взять крупнейший лендинговый протокол AAVE, то здесь ДАО с одной стороны оберегает токенхолдеров от неэффективных проектов, с другой — защищает от взломов, поскольку многое решается именно на уровне ДАО. И поэтому AAVE эффективна. Впрочем, V4 пошла в сторону централизации и сразу же у комьюнити возникли вопросы. Компромисс пока найден в финансовом аспекте — через дележку дохода, но это лишь временное решение», — утверждает Менаскоп.
По мнению эксперта, аналогичная ситуация наблюдается и в Uniswap, где часто разгораются сложные споры, например, по имплементации BNB Chain, или по комиссиям и выплатам для токенхолдеров, но в итоге все развивается своим чередом. К эффективно работающим он отнес сети биткоина и Ethereum, уточнив, что это «не классические фирмы, а, скорее, глобальные бирюзовые корпорации, для которых ДАО — не просто форма, но содержание».
К тому же, Менаскоп отметил, что эффективными могут быть (и становятся) те ДАО, которые помимо стандартных голосований дают комьюнити что-то еще:
«Например, AAVE сделали потрясающий пересмотр токеномики в сторону не просто стейкинга, но и одновременных байбэков; UNI нулевые комиссии сменила на положительные; а, скажем, SAFE сделали правильный клейм для ранних пользователей».
ДАО не доказали свою неэффективность — они скорее доказали пределы применимости. Так считает Денис Смирнов из DAO Builders.
«Я бы описал происходящее не как крах ДАО, а как конец их первой, слишком утопичной версии», — поделился он.
С его точки зрения, ошибка первой волны заключалась в попытке свести сложную политическую координацию к голосованию: у кого больше токенов.
«ДАО работают там, где есть общий ресурс, формализуемые правила и прозрачное исполнение: управление трежери, гранты, управление параметрами протокола и тому подобное», — уточнил Смирнов.
Исследователь индустрии Web3 и искусственного интеллекта, контент-стратег и основатель Web3FuturePro Абубакар Юсуф Радда в феврале этого года призвал не разочаровываться в ДАО:
«В 2026 году децентрализованные автономные организации не заменят правительства или корпорации — они предложат превосходную альтернативу для решения конкретных задач координации: прозрачное финансирование, управление протоколами, участие сообщества. По мере роста юридического признания и совершенствования инструментов, следует ожидать появления ДАО в сфере импакт-финансирования, финансирования с открытым исходным кодом и даже в пилотных проектах на муниципальном уровне. Революция не направлена сверху вниз; она распределенная, осуществляется в блокчейне и только начинается».
Мы вступаем во второе поколение управления ДАО, считает Радда, и, несмотря на то, что следующая волна не уничтожит лидерство, она заставит нас переосмыслить его — а это уже много. Он предлагает обращать внимание на такие тенденции в развитии децентрализованных автономных организаций:
гибридная система управления (ДАО плюс юридическое лицо);
оценка предложений с помощью ИИ;
проверка личности в блокчейне;
платформы управления как услуги;
децентрализованные автономные организации на основе реальных активов.
При этом он не считает ДАО панацеей, устраняющей политику, конфликты и разного рода несправедливость. Они дают возможность программируемого доверия, что само по себе редкость.
«Реальные перемены носят не технологический характер. Это философский вопрос. От централизованной власти к совместной собственности. И это, возможно, самый масштабный эксперимент в области государственного управления нашего времени», — утверждает Радда.
Похоронная команда ДАО
Однако есть эксперты, которые уверены в провале этого эксперимента.
Сооснователь cyber~Congress Дмитрий Стародубцев прямо заявляет, что ДАО не работают. И, по его мнению, избегать концентрации власти в управлении вообще не нужно.
«Скорее лидеров хороших не хватает», — резюмировал он.
Сооснователь Allbridge.io Андрей Великий также говорит о крахе идеи.
«Дело в том, что ДАО появлялись как некий способ передать governance на все комьюнити. Оказалось, что толпа макак "Войну и мир" не напишет. И гавернить ничего не могут и не будут. И надо это комьюнити или очень сильно мотивировать, или просто эта ДАО будет болтаться все равно в таком же виде, как централизованная система», — заявил эксперт.
Он напомнил о недавнем конфликте между сообществом и разработчиками в экосистеме AAVE, вызванном попыткой последних забрать контроль над брендом и доходами. Подобные скандалы плохо влияют на проекты и способны их уничтожить.
«Я в своем проекте, хотя мне близки идеи децентрализации в целом, вряд ли бы передал управление чем бы то ни было на комьюнити. Я верю в мотивированное голосование. Например, если протокол уже заранее готов отдавать какие-то награды комьюнити, какой-то делать revenue sharing, прибыли, можно пойти на схему ДАО, показав, что самые активные получат больше просто за то, что они нажимают на кнопки, подписывают контракты», — объяснил свою позицию Великий.
При этом эксперт отметил и другую мотивацию: в ряде проектов ДАО использовали прежде всего как юридический щит, а не как реальный механизм децентрализации. По его словам, в последние годы наметился сдвиг в сторону более традиционных форм — обычной инкорпорации, особенно в юрисдикциях, где проекту проще выстроить понятную правовую и операционную модель. Это выглядит логичным на фоне ужесточения регулирования и роста издержек на сложные блокчейн-структуры.
Концентрация власти — норм или стрем?
Ситуация, когда организации, призванные устранить централизованный контроль, воссоздают его посредством токеномики, несмотря на некую парадоксальность, в большинстве случаев выглядит как естественный результат развития.
Денис Смирнов считает, что полностью избежать концентрации власти в управлении, основанном на токенах, нельзя, потому что такая структура почти неизбежно концентрирует капитал. Но это можно смягчить, если разделить экономические и управленческие права, усилить делегирование по экспертизе, ввести пул ликвидности, системы репутации и уйти от модели «1 токен = вся власть».
Похожего мнения придерживается Андрей Великий. По его словам, избежать концентрации власти практически невозможно, потому что 90% людей просто не будут голосовать по множеству причин, среди которых и апатия, и соображения безопасности.
Несмотря на уверенность в том, что ДАО «живее всех живых», Владимир Менаскоп тоже не видит возможности избежать централизации власти в них, пока голосование привязано к количеству токенов. Но в его картине мира это не противоречит приверженности идеям децентрализации.
«Голосование — это про демократию, то есть про прошлое; тогда как ДАО — про анархию, то есть про настоящее и будущее», — говорит криптоэнтузиаст.
Менаскоп напомнил об одном структурном эффекте, описанном в конце XIX — начале XX века социологами Робертом Михельсом и Гаэтано Моска: любая крупная организация со временем тяготеет к власти немногих, а организованное меньшинство почти всегда оказывается сильнее разрозненного большинства. Что, по мнению эксперта, не означает невозможности успешного функционирования децентрализованных автономных организаций. Просто большие сообщества нужно дробить на небольшие рабочие группы, где решения принимаются быстрее и содержательнее, считает Менаскоп.
Именно на этом, по его мнению, и строятся ДАО — там, где одна часть вопросов интересна только узкому кругу участников, а другая, прежде всего финансовая, требует вовлечения более широкой аудитории. Поэтому для децентрализованных автономных организаций особенно важны малые команды, а устойчивость управления зависит от того, насколько низовой уровень принятия решений остается не формальным, а реальным.
Часто, как полагает Менаскоп, многие темы оказываются интересны ограниченному числу слушателей, зрителей и участников, а другие вопросы — как правило, касающиеся финансов — подавляющему большинству. Поэтому в ДАО очень важны малые группы по пять-десять человек.
«Для Web3-проектов это нативно и поэтому 1inch дают выплаты токенхолдерам от ряда транзакций, а UMA предоставляют право голосования буквально через email-уведомления. То есть низовой уровень принятия решения должен быть не для проформы, а содержательным. Тогда концентрация власти если и не невозможна, то маловероятна», — уточнил Менаскоп.
Концентрация власти в token-based governance — почти неизбежный эффект самой конструкции, и он, очевидно, часто отрицателен и мешает прозрачности. Когда голос закреплен за токеном, власть тянется за капиталом: большую часть решений принимают те, кто накопил токены, а остальные либо не голосуют, либо делегируют голос тем же самым активным участникам. Поэтому вопрос сегодня уже не в том, может ли ДАО полностью избежать централизации, а в том, удастся ли ослабить ее через делегирование, репутационные механизмы, разделение экономических и управленческих прав.
Можно и нужно ли «реанимировать»
Механизм распределения доходов не оживляет ДАО магически, но может вернуть токену экономическую причину существовать, а значит — дать замороженному сообществу стимул снова включиться в управление. Андрей Великий соглашается, что это живой формат, но отмечает:
«Токены сейчас в целом мертвые — поэтому о каком ДАО мы говорим, если 99% проектов на рынке стагнируют с токенами, хотят от него избавиться. А токен, у которого есть дополнительная функция, которую надо идти и применять проактивно, а не просто сама за себя работает, это, мне кажется, вообще иллюзия».
Более оптимистично на идею возвращения жизни в замороженные структуры децентрализованных организаций смотрит Менаскоп:
«Сам нахожусь в ДАО, где уже сменилось три полноценных состава участников: первый работал в 2016–2017 годах, затем пришла команда 2018–2019, потом был перерыв, когда организация функционировала — и мощно, но присутствовало несколько лидеров, а новый период настал где-то в 2023 году и продолжается сейчас. Чем закончится — посмотрим. Но факт в том, что всегда можно вдохнуть новую жизнь и в малые, и в большие ДАО».
«Реанимировать» ДАО с исчезнувшим участием можно, только если у него остается реальный объект управления, считает Денис Смирнов. Под этим объектом он понимает трежерис, продукт, протокол, сеть участников.
«Смысл нового цикла я вижу в связке ДАО плюс ИИ-агенты: именно они снимут рутину, подготовку пропозалов, симуляцию и отслеживание последствий и часть операционного управления. Поэтому я скорее жду возрождение ДАО уже на горизонте ближайшего года», – прогнозирует Смирнов.
Менаскоп обратил внимание на уже состоявшиеся перерождения и перечислил самые успешные кейсы:
BitDAO — переход на Mantle (L2) дал новый толчок развитию и эволюции;
ENS — долго искали свой путь, но нашли его в условном договоре с Виталиком Бутериным (о непереходе на L2);
SKY — его ребрендинг и перезапуск можно считать успешными, поскольку есть экономический рост;
Balancer — после взлома остался функционировать на децентрализованном уровне.
По его мнению, смыслы для возрождения ДАО нужно искать в экономике, идее и сообществе. Во-первых, новые модели монетизации могут вернуть интерес. Во-вторых, без идеи и развития продукт быстро стагнирует. В-третьих, без сильного сообщества ДАО теряет устойчивость.
«ДАО переживают сложные времена: урезают поддержку сетей, так как инфраструктура стоит дорого или очень дорого; ряд проектов пытается уйти в классические структуры. Но в то же время рынок ДАО сейчас переживает период, когда инновации помогают бизнесу расти в очень непростых условиях, это делает для многих очевидным, что от классических, старых, способов управления надо попросту отказаться. И я выступаю за эти изменения», —заключил эксперт.
Перспективным ответом на кризис управления стало фундаментальное переосмысление токеномики. А на другом уровне — переосмысление философских основ управления. Выживут те, кто рассматривает его не как формальную опцию, а как продукт, требующий такого же тщательного внимания, как и технология, или даже большего.
Сегодня большинство экспертов склоняется к тому, что устойчивость ДАО будут обеспечивать: гибридные структуры управления, голосование с учетом репутации и экспертности, помощь искусственного интеллекта в обработке массивов данных, диверсификация казначейских активов. В любом случае стоит согласиться с тем, что эксперимент продолжается. А быть ли его участником или наблюдателем — каждый решает сам.
